Каждое яхтенное мероприятие красиво. Будь то региональная любительская регата или мировая гонка типа Volvo Ocean Race. В последней нельзя принять участие. Почти нельзя. Несмотря на то, что организаторы гонки Volvo сделали все возможное, чтобы за лодками можно было бы следить в он-лайне, увидеть все своими глазами — совсем другое удовольствие. Мой рассказ о старте второго этапа в Кейптауне, и о том, что происходило до и после старта.
Кейптаун встретил меня недружелюбно. Вопреки ожиданиям температура воздуха +12, над городом повисли тяжелые сизые тучи. Дождь, хоть и не очень сильный, вкупе с сильным ветром довольствия тоже не доставлял. Это совсем не та погода, которая рисуется в воображении при мыслях о Южной Африке.
Кейптаун — город большой по территории, поэтому здесь не принято ходить пешком. Погода усугубла ситуацию: и без того немноголюдные улицы города совсем опустели и выглядели совсем неуютными. На берегу дуло так, что валило с ног и ломало ветви деревьев. Центр депрессии находился несколько южнее в океане, тем не менее и здесь в городе было несладко – шквалы достигали 50, а иногда и 60 узлов. В порту и гоночной деревне было пусто как ночью. Лишь только морские котики, валявшиеся тут и там, временами издавали печальные стоны, которые вместе с завываниями ветра и шумом дождя превращались в протяжную портовую «песню».
До старта Volvo Ocean Race оставалось всего 72 часа, но ничто в гоночной деревне не указывало на предстоящее событие. На «командных» базах, как казалось, царило ленивое спокойствие, но это, скорее всего, было только видимостью. Экипажи отдыхали после длинного перехода, а их береговые коллеги устраняли «технические» последствия первого этапа гонки. Техники команд кривились и говорили, что если такая погода продлится, они не знают, как будут «сбрасывать» лодки на воду.
На следующий утро главная городская газета CapeTimes вышла с заголовком «Cape west второй день борется со штормовыми ветрами». Как выяснилось из статьи, количество осадков, выпавшее за эти дни, было рекордным за последние 30 лет. В провинции была закрыта часть дорог, в море несколько яхт потерпели бедствие и обратились за помощью к спасательным службам, а в самом Кейптауне кое-где повалило деревья и сорвало крыши с домов. Хорошее начало для путешествия.
Мой второй день был целиком посвящен окрестностям Кейтауна и путешествию на мыс Доброй надежды, который находится у южной оконечности полуострова Кейп и является самой юго-западной точкой африканского материка. Дорога сюда проложена по землям одного из самых богатых флорой и фауной заповедников. Маленькая полоска суши между двумя океанами поражает своими роскошными пейзажами и разнообразием видов. Здесь произрастает несколько тысяч видов растений, большинство из которых эндемики. Здесь живут более 250 видов птиц. Да и прочей живности немало – зебры, антилопы, бабуины, гепарды, рыси, мангусты и множество других зверей. В прибрежные воды зимой приходят киты для того чтобы родить свое потомство. У берега полуострова нашли себе приют и пингвины.
Мыс Доброй надежды — культовое место для всех яхтсменов и путешественников, находясь здесь как-топо-особенному чувствуешь мощь и величие Океана.
Когда-то в далеком 1487 году сюда впервые пришли корабли Бартоломео Диаша. Он назвал это место мысом Бурь, позднее мыс переименовали в мыс Доброй надежды (Cabo da Boa Esperanca). Сам Диаш дальше мыса не ушел. Через десять лет Васко да Гама впервые обогнул мыс и открыл путь на Восток.
Считается, что именно у мыса Доброй надежды сходятся два океана, и это похоже на правду — воды с запада и востока отличаются и цветом и характером волнения.
Западное побережье Южной Африки омывается холодным антарктическим течением Бенгуэла, его скорость составляет около 1,5 узлов, а мощность около 15 млн кубометров в сек. Поэтому температура воды здесь на атлантическом побережье редко поднимается выше 14 градусов. С востока свои теплые воды из северной части Индийского океана несет течение Агульяс. Его скорость достигает 5 узлов, мощность — 80 млн кубометров/сек, а температура около +20. Воды этих двух мощных течений — теплого и холодного — сходятся где-то между Cape Point и мысом Игольный, и в зависимости от погодных условий место встречи двух океанов перемещается между этими двумя точками.
В 1860 году на Cape Point появился первый маяк. Он находился на высоте 238 м над уровнем моря и поэтому часто бывал закрыт облаками или дымкой. И когда в 1911 году здесь потерпел крушение португальский лайнер Lusitania, маяк был перемещен ниже на высоту 87 метров, где и находится в настоящее время.
…
Бесконечно синее небо и яркое весеннее солнце, долгожданное ласкающее тепло — таково было утро следующего дня. И только огромное облачное одеяло, сползавшее со Столовой горы напоминало о вчерашней непогоде. Подумать только, сильнейший шторм «попал» в короткий интервал между финишем первого и стартом второго этапа гонки!
Сегодня предстартовый день, на командных базах кипит работа: идет погрузка. Для береговых команд это самый трудный день. Лодки переставляют из рабочих зон к главному причалу.
В порту особо делать нечего, поэтому хожу по городу. Вообще-то ходить в одиночку иностранцам местные здесь почему-то не рекомендуют. Ну ночью все понятно – освобожденные от тягот апартеида представители местных племен могут проявить свой агрессивный нрав. Но вот почему днем не ходить? Как оказалось ходить можно, только осторожно.
Несколько раз, когда мы перемещались по городу с коллегами, к нам подходили странные личности и произносили речь что-то вроде того: «Я бедный студент, меня не взяли на работу, дайте мне денег, я такой же человек как вы…Если английский язык для вас не родной, я могу говорить медленнее…даааайте мне дееееенег». Никакой агрессивности. Лишь настойчивая приставучесть. Коллеги, правда, рассказали, что к ним подошел человек (как, кстати, политкорректно называть негра в африке – афро-африканец?) и указав на руку в кармане многозначительно заявил: «Дайте мне денег, а то у меня ган в кармане». Коллеги оказались не из пугливых и ответили ему: «Да пошел ты…». Человек с ганом тут же удалилися.
…
Ночь перед стартом власти Кейптауна решили сделать для гонщиков незабываемой — тысячеметровая Столовая гора была подсвечена множеством прожекторов. Зрелище и вправду было необычное. Как пошутил кто-то, наверное, пол-Африки в тот вечер сидело без электричества!
Утром перед стартом порт буквально забит людьми. Как выяснилось, многие местные пришли поболеть за Team Russia. Почему? Да потому что в Team Russia два гражданина ЮАР.
Предстартовая процедура официозом не отличалась. Ведущий представил команды и шкиперов. Вот, наконец, говорит он, лидер - Ericsson 4. «Эта команда не только выиграла первый этап, но и поставила рекорд суточного перехода для однокорпусных яхт — 602 мили», — сообщил ведущий. «How far is it — 602 miles?» — спрашивает он и тут же отвечает на свой вопрос — «It is really fucking far…». Зрительская аудитория взрывается смехом.
Наконец, представления команд завершены, лодки друг за другом выходят в море. Мы (пресса) тоже выходим в море на меленьком и быстром катере. Прибрежная акватория заполнена лодками всех типов и размеров. Между ними где-то вдалеке видны мачты восьми лодок Volvo. Ветер — узлов 20, волна метра 1,5 иногда 2, но это совсем ничего, если вспомнить, что творилось тут двумя днями раньше. Перед тем как уйти в океан лодки должны пройти по треугольнику.
Старт, и лодки как-будто срываются с места и быстро набирают приличную скорость. Puma сразу же и уходит в отрыв, следом идут Ericsson 4, Green Dragon и Team Russia. Лодки несутся по воде стремительно и красиво, изредка разбивая волны в огромный веер брызг. Для 70−футовых Volvo такая волна почти незаметна. А мы на с трудом успеваем идти с ними параллельно, наш катер регулярно подбрасывает в воздух и жестко бьет об воду, обдавая водяной пылью. Puma — первая на первом знаке, следом идут Ericsson 4, Green Dragon и наша Косатка. На втором знаке лидер не меняется. Проходит немного времени, и в гонку вмешивается природа — ветер исчез совсем. Лодки остановились. Лидеров постепенно начали догонять отстающие. Постепенно практически весь гоночный флот «встал» на сравнительно небольшом по площади участке. Сюда подтянулся зрительский флот, и море стало похоже на тесную марину. Находясь в «гуще» зрительского флота лодкам Volvo было довольно трудно маневрировать, и они то и дело в довольно жесткой форме требовали дорогу. Первыми покинуть штилевую зону удалось Ericsson 4, они медленно начали перемещаться в открытое море, следом за ними потянулись и остальные…
…
Вечером псле старта в местном баре «Митчел» была грандиозная пьянка – береговые команды, «попрощавшись» со своими «мокрыми» командами оттягивались пивом и более крепкими напитками. Ведь теперь у них отдых, если можно так сказать… До следующей остановки Volvo Ocean Race.
Фотографии старта второго этапа можно посмотреть здесь
Кейптаун — город большой по территории, поэтому здесь не принято ходить пешком. Погода усугубла ситуацию: и без того немноголюдные улицы города совсем опустели и выглядели совсем неуютными. На берегу дуло так, что валило с ног и ломало ветви деревьев. Центр депрессии находился несколько южнее в океане, тем не менее и здесь в городе было несладко – шквалы достигали 50, а иногда и 60 узлов. В порту и гоночной деревне было пусто как ночью. Лишь только морские котики, валявшиеся тут и там, временами издавали печальные стоны, которые вместе с завываниями ветра и шумом дождя превращались в протяжную портовую «песню». 
До старта Volvo Ocean Race оставалось всего 72 часа, но ничто в гоночной деревне не указывало на предстоящее событие. На «командных» базах, как казалось, царило ленивое спокойствие, но это, скорее всего, было только видимостью. Экипажи отдыхали после длинного перехода, а их береговые коллеги устраняли «технические» последствия первого этапа гонки. Техники команд кривились и говорили, что если такая погода продлится, они не знают, как будут «сбрасывать» лодки на воду. 
Мой второй день был целиком посвящен окрестностям Кейтауна и путешествию на мыс Доброй надежды, который находится у южной оконечности полуострова Кейп и является самой 
Считается, что именно у мыса Доброй надежды сходятся два океана, и это похоже на правду — воды с запада и востока отличаются и цветом и характером волнения. 
Бесконечно синее небо и яркое весеннее солнце, долгожданное ласкающее тепло — таково было утро следующего дня. И только огромное облачное одеяло, сползавшее со Столовой горы напоминало о вчерашней непогоде. Подумать только, сильнейший шторм «попал» в короткий интервал между финишем первого и стартом второго этапа гонки! 
Предстартовая процедура официозом не отличалась. Ведущий представил команды и шкиперов. Вот, наконец, говорит он, лидер - Ericsson 4. «Эта команда не только выиграла первый этап, но и поставила рекорд суточного перехода для однокорпусных яхт — 602 мили», — сообщил ведущий. «How far is it — 602 miles?» — спрашивает он и тут же отвечает на свой вопрос — «It is really fucking far…». Зрительская аудитория взрывается смехом. 
